Вчера на Эльтоне сверкало несколько часов, но почти не грохотало и не лило. Так, чуть пыль прибило крупными каплями воды, но принесло ветром вкусного степного воздуха и немного свежести.
В кадре момент, когда мы с учебной группой доснимали последние кадры подступающей бури. С первыми каплями спешно упаковали технику и понеслись к выходу с дамбы. Спустя минут пять мы были мокрыми насквозь, над головами грозно гремело, по итогу воду выливали даже из сапог. Но все сходились в одном — это того стоило!
Пейзажному фотографу чем гаже погода, тем краше сюжет. :))
Это — первая картинка, которую я делал не на заказ, но получил за неё щедрый гонорар.
Дело было так: у моего приятеля на Кипре было кафе. С крутым итальянским кофе (Мустафа учился на баристу в Лондоне и делал действительно классный кофе) и прекрасной деревенской выпечкой, которую делала его мама.
С той самой выпечкой у Мустафы была проблема: рано утром его мама пекла для кафе много всяких вкусных безобразий, но посетители их не видели — потому что не заходили внутрь. Официант (а им был сам Мустафа чаще всего) просто не успевал, приняв заказ, предлагать ещё и десерты, делая всё на бегу. В результате куча драгоценного и вкусного ближе к обеду уже кодифицировалась как "несвежее" и выбрасывалась.
Так как я у Мустафы торчал постоянно и по–многу, про выпечку я знал и с удовольствием её заказывал. В частности, "ичи лоду", традиционное кипрское печенье в форме маленького пирожка с орехами внутри, посыпанное сахарной пудрой. Это на самом деле, несмотря на всю свою простоту, невероятно вкусный десерт.
И вот однажды я предложил Мустафе сделать table stand'ы такие небольшие — с фотографией и ценой. Мустафа отмахнулся: это Кипр, тут это не работает...
А я завёлся. Сходил домой за камерой. Купил в ближайшем магазине пару листов цветной бумаги.
Я решил, что просто снять это печенье — бессмысленно. Оно слишком простое по форме и цвету. Значит, надо разломить, чтобы были видны орехи. А ещё лучше, подумал я, чтобы в кадре было ситечко и сахарная пудра: мама мустафы постукивала по ситечку и ровным слоем покрывала пудрой печенье. Я решил воспроизвести.
Притащил прекрасную красотку Владу ассистировать мне. Сразу стало понятно, что снять так, как я задумал, не получится: во–первых, "постукивающая" рука мешает в кадре не нужна. Во–вторых, очень трудно поймать облачко сахарной пудры. В–третьих, после трёх попыток на печенье уже слишком много сахара. В–четвёртых: на готовом кадре печенье получалось слишком маленьким, а ситечкак и пудры было много.
Мы пытались отснять уже условно "чёрствые" экземпляры, а расход сахарной пудры меня не пугал. Меня пугало то, что совершенно не получалась картинка, которую я вдруг взял и выдумал. Влада, красотка из Рязани, студентка местного кипрского ВУЗа, с интересом наблюдала за тем, как я трачу печенье и сахар.
И вдруг до меня дошло: надо делать коллаж. Отдельно снять ситечко с пудрой, отдельно снять облачко вылетевшей пудры в воздухе, отдельно — печенье. А потом в фотошопе это всё заколбасить в один кадр, причём, слегка наплевать на масштаб. Так и сделал, и пока во вспышке не сдохли аккумуляторы, наснимал три разных сюжета.
Весь следующий день неуклюже ковырялся в фотошопе, совмещая это всё вместе. Сделал несколько вариантов. Распечатал в лаборатории их в бумаге — и остановился вот на этой самой картинке. Заказал десяток с нанесением на пенокартон, там же купил небольшие деревянные чушки, в которые пенокартон втыкался, чтобы стоять на столе, да привёз всё это заказчику, то есть Мустафе, при том, что он мне ничего не заказывал: я всё это делал на свои деньги просто из азарта и делания проверить мою догадку.
На следующее утро в 8:30 Мусти будил меня звонками на мобильник:
— Sold out! Sold out in half an hour! (распродал всё за пол часа)
В 10 утра я уже пил кофе у него, получая заказ на следующую съёмку.
А в качестве гонорара он пообещал поить меня ристретто бесплатно и бессрочно. И своё обещание сдержал: года два я пил у него ристретто и он решительно отказывался взять у меня деньги. За эти пару лет мы с ним сделали симпатичное меню с кофе, выпечкой, потом меня начали звать соседние кафе — и так началась моя карьера фотографа, так стартовала моя работа, которая потом несколько лет меня кормила, став единственным заработком.
Вот эта самая картинка, сахарная пудра, пальцы Влады и печенье ичи долу.
2010 год, Olympus E–3, полтинник Сигмы 1,4, вспышка от олимпуса, поджигаемая по воздуху и направленная в белую стеночку
Май 1976 г. Киев–4а, плёнка Фото–130.
Моё первое фото, которое висело на выставке во Дворце культуры завода "Курскхимволокно" (я в фотокружок ходил)
ЗЫ. Этот снимок уже выкладывал в d3.ru
ЗЗЫ. Хотел другой снимок выложить, более ранний, но не нашёл негатив, а скана нет((
Когда меня спрашивают, могу ли дать координаты, то я конечно всегда не против, но в обмен на кул стори, как люди будут добираться на зимник Арктика и далее на перевал Пояркова, а потом по болотам. :))
Самое удивительное, что есть в нашем мире — природа. Она лучший творец и художник. Какое счастье путешествовать, видеть эту красоту, влюбляться в нее снова и снова. И конечно щелк–щелк–щелк! Мыжфотографы! ;)
Всего месяц остался до долгожданного возвращения в цветные горы осенней Якутии на хребет Черского. Самое время присоединиться к d3 и показать, какую красоту удалось там снять в прошлой экспедиции!
Горный Алтай, где–то по дороге в сторону Джазатора и на плато Укок.
Очень фотогеничная тогда была погода, интересно гулял свет..
Он полосами ложился на землю, при этом не касался снежных свинцовых облаков над горами.
Выглянув в окно я понял, что утро не предвещало ничего хорошего. Сильнейшая метель скрывала всё вокруг. С другой сторны, это и было то, ради чего я в очередной раз приехал на Байкал. Вместо надежды на красивый рассвет, природа дала возможность увидеть не такое уж частое явление на Байкале. Порывы ветра были настолько сильными, что один из них едва не унёс рюкзак с техникой. Это не удивительно, так как сарма — один из самых мощных ветров, господствующих на Байкале, и его порывы могут порой достигать 40–60 м/с.