Алтайский край. Заповедник "Лебединый".

USA. TX. Long–billed Trasher — Рыжий кривоклювый пересмешник

Озеро Лебяжье, Сахалин Долинский район. Рисунки образованны природным болотным газа, который подымается со дна озера.

Пара орланов–белохвостов на приваде.
Беларусь, природный комплекс «Красный Бор»

Алтайский край. Заказник "Лебединый"

1/10 +проводка

Алтайский край.
Заповедник "Лебединый".

Северный Урал, январь 2025.

Колчимский камень, Пермский край, февраль 2025.

Из фототура по Пермскому краю, февраль 2025.

Кольский п–ов. Январь 2025.
Пять зим, которые сделали север частью меня.

Этот год, как бы я ни обещал себе, не обошелся без поездки на север. Зима в средней полосе так и не наступила, и даже просто вид снега казался чем–то необычным, почти экзотичным. Это стало небольшим, даже формальным поводом для путешествия.
Кольский полуостров стал первым местом, где я начал осознанно снимать пейзажи. Север с его суровой погодой, бескрайними просторами и меланхоличной атмосферой запал глубоко в душу и настойчиво зовет вернуться, чтобы снова погрузиться в эту атмосферу спокойствия.

В этот раз я долго жил в одиночестве, бродил по знакомым локациям и больше отдыхал головой. Каждое утро начиналось с чашки горячего чая и долгого взгляда в окно, где заснеженные холмы сливались с серым небом или просто была белая пелена метели.
И вот, в одно из таких утр, сидя в уютной квартире под завывания ветра за окном, я вдруг понял, что это уже пятый год моих "северных" поездок. Можно сказать, маленький юбилей. Пять зим, пять попыток поймать неуловимое — то ли красивый свет, то ли особое настроение, то ли какую–то часть себя.

С погодой, как всегда, не везло, но для здешних мест это вполне обычная практика. Зимой здесь часто формируются области низкого давления, приносящие циклоны со всеми их прелестями: метелями, порывистым ветром и снегопадом, который за несколько часов может полностью изменить ландшафт. На побережье погода еще более нестабильна — ясное небо за считанные минуты сменяется темными тучами. Но все это — часть местного климатического цикла, и, по моим наблюдениям, местные воспринимают это не как "плохую погоду", а как просто жизнь.

Для удачной съемки здесь нужно совпадение множества факторов: ясное небо, магнитная буря, красивый тонкий лед, заснеженные деревья. А если выстроить это в цепочку, то сначала должна быть небольшая, почти околонулевая температура с циклоном, чтобы прошел снегопад и укутал плотно елки снегом. Затем все должно как следует приморозить, температура должна опуститься ниже –20, чтобы на водоемах образовался хрустальный лед, тот самый, который переливается на солнце. Ну а дальше — надежды на ясное небо и магнитные бури, которые окрашивают небо в зеленые и фиолетовые всполохи. Как только один элемент выпадает, можно практически сразу прекращать съемки.

В этот пятый раз я больше ощущал некое единение с этими местами. Голова отдохнула здесь лучше, чем где–либо. Я даже начал думать, что на самом деле приезжаю сюда не за фотографиями. Мозг обманывает меня, обещая интересные кадры, а на самом деле рвется на передышку.

Серое небо я воспринимал спокойно, не переживал в эти моменты, а просто ждал и наслаждался атмосферой происходящего. Гулял по замерзшему озеру, наблюдал, как ветер гоняет снежные вихри по льду, а вдалеке темнеют силуэты гор, укрытые туманом.
И вот, задавая себе уже риторический вопрос: "А поеду ли я в следующем году на Кольский?", я отвечаю: "Конечно, нет! Сколько уже можно!" Но где–то в глубине, в самом уголке души, тихо, но настойчиво звучит: "Ну да, ну да. Вряд ли ты сможешь отказаться. Ведь холод, ветер, безмолвие этих мест — стали частью тебя. Так что ты просто принадлежишь этим местам, ты уже не выбираешь, ехать или не ехать."

Северный Урал, Колчимский камень

Румыния, Западно–Румынские горы.

Горный Алтай, долина реки Актру.